(памяти Анатолия Федоровича Землянского)

Нашему земляку поэту Анатолию Землянскому исполнилось 70 лет. Анатолий Федорович родился в 1923 году в селе Туросна в семье сельского активиста. После школы учился в Воронежском электрорадиотехникуме. В 1941 году в составе отрядов трудового фронта рыл противотанковые рвы. Добровольцем ушел в армию, был курсантом полковой школы, потом заместителем политрука. Награжден медалями.

После войны А. Землянский окончил Военный институт иностранных языков, стал кадровым офицером. Параллельно учился в Литературном институте имени А. М. Горького, который закончил также в 1952 году. Печатается с 1947 года.

Вся жизнь и творчество Анатолия Федоровича навечно связаны с армией, защитой отечества. Первый его рассказ, отмеченный конкурсной премией, был опубликован в газете Северной группы войск “Знамя победы”. Всесоюзному читателю он заявил о себе большой лирико-публицистической поэмой “Искры из кремня (Алая гвоздика)”, напеча-танной в 1962 году в журнале “Молодая гвардия”. В том же году в Москве вышли два сборника его рассказов “Струны чистого звона” и “Майское эхо”.

В 1970 году А. Землянский стал членом Союза писателей СССР. Его рассказы, стихи, поэмы, повести печатались в журналах “Октябрь”, “Москва”, “Молодая гвардия”, “Сибирские огни”, “Советский воин”, в центральных газетах”. “Стихи и проза, — говорит о себе Анатолий Федорович, — путь-дорога моя в две колеи”. Есть и третья колея — переводческая (им переведена книга М. Сеитниязова “Не быть камнем”, 1979, и другие произведения).
Излюбленный жанр А. Землянского — поэма. Им написаны “Прощание у звезд” (лирико-фантастическая поэма), “Семь смертей ради жизни (Большовы)” (поэма о защитниках Отечества), “Небо над глазами”, “Обнимаю памятью” (лирическая поэма в сонетных венках), “Поэма о земном” и другие поэмы. Любителям эпического жанра пришлись по душе искренность, эмоциональность; драматизм его поэтического языка, свежесть образных красок, глубокое раскрытие внутреннего мира героев, переплетения их судеб, строгое отношение ко времени и себе.

Литературовед В. Туркин назвал поэму А. Землянского об обороне Москвы “В том сорок первом” (1971) “очень сильной поэмой”, a Степан Щипачев считал ее “большой творческой удачей”.

В то же время А. Землянский успешно работал и в малых поэтических жанрах, показав свободное владение самыми сложными стихотворными формами (венок сонетов). В Москве изданы его поэтические книги “Это живет во мне” (1964), “Верю, люблю, тревожусь” (1966), “Колыбель” (1969), “Мелодии века” (1969), “Непокой” (1972), “Зову тебя в рассветы” (1973), “Земная песня” (1974), “Синь-свет” (1976), “Родной горизонт” (1976), “Бронзовые ветры” (1978), “Дети тревог” (1981).
Одновременно рождалась и проза — новеллы о природе, о человеке в ней, рассказы, очерки, маленькие повести. Его проза составила книги “Выстрелы на поляне” (1965), “После града” (1965), “Одушевленье”. (1977), “Синие радуги” (1978), “Прозрачная глубина” (1979). Около 20 лет трудился он над большим романом “Пульс памяти” (1973).

Иногда две “колеи” творчества Анатолия Землянского переплетаются, и тогда рождается то, что литературоведы называют “проза поэта”. Такова книга “Купавий дол”(1982) — философское эссе о своем видении жизни. Нередко он перемежает прозу и стихи, пишет поэтические вступления к своим новеллам.
Напрямую о Брянщине, о родных местах А. Землянский пишет мало: ему тесно в рамках одного района. Но он никогда не забывал о родном крае, узнавал его черты в том большом мире, который довелось ему увидеть и познать. Вот что он пишет о себе. прежде всего, первая учительница — Варвара Ивановна. Знаменательно помнится такое…”

Да, Анатолий Землянский никогда не забывал зарева памяти, полыхавшие над довоенной Туросной. Его роман “Пульс памяти”, в котором нет знакомых имен или названий, во многом автобиографичен. Воспоминания о родном крае, о земляках рассыпаны и преломлены в его” стихах, в его новеллах. Это он помогал становлению поэтического голоса другого нашего земляка — Михаила Атаманенко.
Один из своих стихотворных циклов Анатолий Федорович назвал “Преломления”. Сполохи памяти, преломленные через поэтическое мастерство и мудрость жизни, возвращаются к нам запоминающимися стихотворениями. Судьбы земляков, друзей детства, родных находят в стихах опосредствованное воплощение.
Вашему вниманию предлагается подборка стихотворений А. Землянского из этого и других циклов, связанных с родным краем.

В. Петров,
Действительный член Географического
общества Российской Академии наук.

«Мы временны в кругу людей, но вечен – круг…»

Юношеская библиотека носит имя нашего поэта и земляка Анатолия Федоровича Землянского. Накануне его 75-летия в библиотеке прошла литературная встреча “В кругу друзей”. На нее собрались Клинцовские поэты и прозаики, чтобы почтить память Анатолия Федоровича, вспомнить о нем, почитать стихи. Это и придало мероприятию особое значение. Именно о таких встречах, ежегодных литературных праздниках на Клинцовской земле мечтал Анатолий Федорович. Ведь в нашем городе, и это приятно осознавать, живут талантливые люди, заветно лирой одаренные.

Следи за строчкою моей —
И ты поймешь,
Что даже малой каплей в ней
Не скрыта ложь…
Мы временны в кругу людей.
Но вечен — круг.
Следи за строчкою моей,
Следи, как друг!

Чем больше я читаю стихи и прозу Анатолия Землянского, тем больше проникаю в строчки, написанные им, понимаю, как созвучны они нашему времени. Несомненно, творчество Землянского светлое, возвышенное. Оно о красоте родной земли, ратном мужестве защитников Отечества, о любви и нравственной сути человека, о войне и мире, добре и зле. Понятие “Родина горит в его произведениях неугасимым огнем.

В московских издательствах вышло 11 поэтических сборников и 9 книг прозы Анатолия Землянского общим тиражом около 77000 экземпляров. Анатолий Федорович—участник многих коллективных сборников, автор большого количества подборок и публикаций в центральных и областных журналах и газетах. Печататься Землянский начал в 1947 году, во время службы в армии. Был армейским журналистом. В1970 году его приняли в Союз писателей СССР. Анатолий Федорович признавался в своей книге “Непокой”: “Если ты жил трудясь, если денно и нощно чувствовал, что ни твоя земля без тебя, ни сам ты без своей земли не можешь, то, значит, было всегда в тебе больше света, чем мрака, больше утоления, чем жажды, и больше возвышенного, чем мелочного”.

Вот что сказала об Анатолии Федоровиче Землянском на литературной встрече депутат горсовета В. Г. Романенко:
— Живя в Москве, Землянский никогда не прерывал связей с Брянщиной. Для Анатолия Федоровича важны и необходимы были связи с земляками. Он встречался с ними на творческих вечерах, читательских конференциях в клубах, библиотеках нашего города и района. Активную переписку Землянский вел с земляками-литераторами, многие из них ощущали его преданность и заботу, поддержку и искренний интерес к своему творчеству. Это может подтвердить наш местный поэт из села Великая Топаль Иван Митрофанович Посканный, который издал пять своих книг.
Памятны встречи с Землянский неутомимому краеведу, ветерану Великой Отечественной воины Якову Афанасьевичу Ковалеву. С его легкой руки мы часто читаем в газете зарисовки о родных Клинцах, его истории, о людях военных лет.

На литературной встрече присутствовали многие литераторы нашего города. Каждый из них делился своими впечатлениями о творчестве Землянского, читал свои стихи. Это было очень интересно.

Хорошо знакомо читателям клинцовского “Труда” имя Валерия Афанасьевича Церковского. Он продолжает дело своего отца — Афанасия Савельевича, одного из первых участников литературной группы “Наша весна” при редакции местной газеты. Валерий Афанасьевич является заслуженным работником культуры Российской Федерации, пишет прозу, стихи. Они — о малой родине, о людях, живущих рядом с ним.

Наталья Мельникова трудится в центре социального обслуживания населения. Человек она творческий, увлечена сценическим искусством, играет в народном театре Виктора Пугачева, любит поэзию. Стихи Наташи Мельниковой публиковались на страницах журнала “Мир женщины” и нашей газеты “Труд”.
Николай Астапенко работает в акционерном обществе “Клинта” главным механиком. С поэтическим словом дружит давно. Его стихи часто печатались в выпусках “Литературной гостиной” газеты.

Самая юная участница литературной встречи “В кругу друзей”— Маша Степаненко. Помощник генерального директора акционерного общества “Кливия” по чрезвычайным ситуациям и ;гражданской обороне Николай Курилов, ветеран Великой Отечественной воины Василий Семенок, Алексей Волынцев, Валентина Стародубцева, радиожурналист Любовь Суханова, зам. главврача центра Госсанэпиднадзора Виктор Чиняев (Иванов) тоже читали свои произведения. Их творчество наверняка понравилось бы Анатолию Федоровичу Землянскому.

На встрече также присутствовали родственники А. Ф. Землянского—Александра Михайловна Землянская, Галина Романовна Голубкова, Петр Михайлович Землянский, преподаватели и учащиеся педагогического училища, работники отдела культуры, заместитель председателя городского Совета народных депутатов Вячеслав Михайлович Кобышев. Преподаватель педучилища Александр Михайлович Малюгин исполнил песню “Мой дом” на слова А. Землянского и музыку А. Карасика.

Вот и сбылась мечта Анатолия Землянского. В нашем городе прошел первый литературный праздник. Конечно же, в этом большая заслуга работников юношеской библиотеки.

Пётр АГЕЕНКО, член Союза журналистов России.

Памяти Анатолия Федоровича Землянского

Сегодня исполняется сорок дней, как перестало биться сердце известного российского поэта и прозаика, члена Союза писателей и Союза журналистов России, полковника в отставке, нашего земляка Анатолия Федоровича Землянского. Ушел из жизни человек, искренне любивший Родину, Брянщину, свой Клинцовский район, отразивший эту любовь почти в двух десятках книг поэзии и прозы.

Родился Анатолий Федорович в селе Туросна 9 января 1923 года. Фронтовые версты, которыми прошел солдат Землянский половину Европы, оставили в его душе неизгладимый след, незаживающую рану, неистребимую жажду к жизни. Затем это переплавилось в стихи и поэмы, в новеллы и рассказы, в повести и романы, увидевшие свет в различных столичных издательствах.

Запомнились взыскательным читателям его поэтические сборники “Родной горизонт”, “Мелодии века”, “Колыбель”, “Синь-свет”, “Непокой”. Поэт был признанным мастером многоплановой поэмы. Вот некоторые из них: Речка из прошлого”, “Земная песня”, “Обнимаю памятью”, “Тугой парус, или Сказание о встречах”, “Прощание у звезд”, “Большовы”, “Поэма о земном”.

Во многом автобиографичны его и прозаические работы — повести “Прозрачная глубина”, “Струны чистого звона”, “Сыновнее слово”. И особенно роман “Пульс памяти”, увидевший свет в 1973-м. Год спустя Анатолий Федорович приехал на родину. В библиотеке имени А. С. Пушкина затем состоялся творческий вечер писателя, прошла читательская конференция по этому роману.

Читатели не только из села Туросна, но и из близлежащих селений без труда узнали в Русавине Федоре отца писателя, Федора Землянского, а в сыновьях этого героя романа — его сыновей Федора, Василия и Анатолия. Среди персонажей, населяющих роман, узнавались и другие жители Туросны. Тогда и состоялась моя первая встреча с Анатолием Федоровичем, хотя с его творчеством был знаком ранее.
Он искренне обрадовался, что я тоже поступил в Литературный институт имени А. М. Горького Союза писателей СССР, который в свое время закончил и он, и его односельчанин Михаил Атаманенко. Попросил мою рукопись, за ночь ее отрецензировал. Затем состоялся долгий и интересный разговор о литературе, о родине, о земных заботах, о житье-бытье. Заинтересовало его творчество Антона Середы, рано ушедшего из жизни поэта, бывшего моряка. В военном издательстве в двух коллективных сборниках вскоре появились солидные поэтические циклы нашего земляка.

Анатолий Федорович всегда живо интересовался жизнью Брянщины, охотно приезжал к нам, когда появилась возможность. Бывал на Тютчевских праздниках, в селах нашего района. Брянские писатели до сих пор вспоминают факт, когда после поездки в Ущерпье он по дороге написал песню об этом селе и напел ее в лесу на привале остальным участникам литературного “десанта”.

В последнем письме ко мне он поддержал задумку нашего земляка Б. М. Петрова организовать на клинцовской земле встречу литераторов, художников, музыкантов и других творческих интеллигентов, родившихся или проживающих у нас. Ранее он деликатно поинтересовался, можно ли, живя в Москве, подписаться на наш “Труд”. Да, он получал нашу газету и охотно откликался на события, происходящие на его малой родине.

“В конце восьмидесятых, — писал Землянский, — я закончил историко-романтическую поэму “Светорусье” в двух книгах. Военное издательство подготовило ее к выпуску, художественно оформив, набрав и сверстав. Оставалось лишь отпечатать книгу. Но грянули “рыночные новшества” и поэма не вышла в свет. Высылаю наряду с другими работами одну из главок “Светорусья”, начальную. Возможно, она заинтересует редакцию. Сердечно желаю Вам и всем соТРУДникам Вашим всего самого доброго — жизненно и творчески…”

К глубочайшему сожалению, я так и не успел дать ответ Анатолию Федоровичу. Лишь сегодня, на сороковины, газета печатает отрывок из поэмы. В некрологе А. Ф. Землянскому, напечатанному в последнем выпуске писательского альманаха “Литера”, есть такие строки: “Существуют памятники на площадях, улицах и скверах. Но есть они и в сердцах. И эти памятники любви и признательности никто не разрушит, они живут вечно”.

Вл. СЕЛЕЗНЕВ,
член бюро Брянского областного
отделения Союза писателей России.

Памяти поэта Анатолия Землянского
Вчера исполнилось ровно четыре года с того дня, как перестало биться сердце бывшего фронтовика, прекрасного человека и не менее прекрасного писателя земли русской Анатолия Федоровича Землянского. В каком бы литературном жанре он ни работал — а ему были одинаково подвластны роман и поэма, лирическая миниатюра и многоплановое произведение, эссе и рецензия, очерк и художественный перевод с других языков, — привнес нечто новое и оригинальное в развитие родной словесности.

Если бы, скажем, Менделеев не, успел открыть свою знаменитую периодическую систему элементов, это сделал бы кто-то другой. Ежели бы Пифагор не смог доказать свою теорему, непременно доказал бы ее иной ученый. А вот что не досказал Пушкин, не доскажет никто. Что не успел допеть Есенин, никто не допоет. И что не смог договорить Землянский, не договорит никто на белом свете… вот чем для культуры ценны мастера слова, каким бы Божьим даром — великим или же малым — они ни обладали.

В очередном выписке “Гостиной” Борис Петров, хорошо известный читателям “Труда” по многочисленным публикациям, делится воспо-минаниями о нашем именитом земляке. Здесь же печатаются два сти-хотворения Анатолия Землянского. Причем, “С тетрадных полей” он написал за несколько недель до смерти. Это одна из его последних работ.

Вл. СЕЛЕЗНЕВ,
член Союза писателей России.

С думой об истоках

Ни слов, ни слёз,
Одно оцепененье.
Смертельно рвутся нити бытия.
Тускнеет пульса слабое биенье,
Последние мерцанья слышу я.
Оплавлено черны уже края
И светлой жизни,
Давшей мне горенье…

А. Землянский

Имя нашего земляка Анатолия Землянского, чьё имя носит юношеская библиотека в Клинцах, крупными буквами вписано в летопись советской поэзии. Признанный мастер поэмы, автор стихотворных сборников, лирических миниатюр, автобиографического романа «Пульс памяти», он издал более двух десятков книг. Почти столько же по объему, причем написанного в годы самых зрелых раздумий о жизни, осталось ненапечатанным. Что ж, это бывает почти всегда так — сапожник обычно ходит без сапог: проработав большую часть жизни в издательстве, в годы “свободного рынка” Анатолий Федорович не смог найти издателя для своих последних произведений. За девять последних лет он опубликовал лишь несколько стихотворений в “Литературной России” да в клинцовском “Труде”. Больно сознавать, что он ушел из жизни, не донеся до читателя то, во что вкладывал все силы ума и сердца.

Анатолий Федорович родился 5 июня 1924 года в с. Туросна в семье бойца щорсовской дивизии Федора Яковлевича Землянского и простой крестьянки Марии Степановны. Правда, в его документах мы нашли бы иную дату и год рождения. Год возраста он прибавил себе перед войною, когда поступал куда-то—едва ли не в Клинцовский аэроклуб, куда его так и не приняли из-за заболевания малярией — а дату напутал сельсоветский писарь.

Но в стихотворении «родился летом, на рассвете…» (“Труд”, 19.06.93 г.) поэт говорит об истинном времени своего появления на свет.

Анатолий Федорович рано оторвался от родных мест: учеба в техникуме, война, учеба в институте военных переводчиков, служба в Польше, затем — на Севере и, одновременно, заочная учеба в Ли-тературном институте имени А. М. горького СП СССР, куда его приняли сразу на 3 курс. Затем служба в Военном издательстве Министерства обороны (Анатолий Федорович трудился в отделе поэзии издательства). В отставку он ушел в звании полковника, против желания начальства, чтобы отдать оставшееся время личному творчеству. Полковник А. Землянский награжден орденом “За службу Родине в Вооруженных Силах” и 15-ю медалями (в т. ч. “За боевые заслуги”).

Напряженный литературный труд “в стол” не приносил удовлетворения. Анатолий Федорович тяжело переживал развал издательского дела, крушение идеалов, гибель державы. Болело сердце. Он находил утешение лишь в возвращении к истокам, к родному краю, который дал ему жизнь, сформировал мировосприятие.
3емлянский никогда не забывай родные места, черпал вдохновение в воспоминаниях о детстве и юности, но почти нигде в своих произведениях не использовал подлинные названия. В этом была и его необычная скромность, понимание того, что у каждого — своя родина, что не надо “каждому кулику” расхваливать “свое болото”. Может быть, поэтому в автобиографическом романе “Пульс памяти” мы также не найдем ни Туросны, ни Клинцов, хотя читатели – пи их, о чем говорилось когда-то на пресс-конференции в Клинцах.

Хочется отметить, что в основном положены подлинные факты и события. Анатолий Федорович горячо любил своего умершего от ран в фронтовом госпитале отца. Еще в 1952 году он сумел разыскать его могилу, восстановить подлинные имена похороненных, кое-как записанные санитарами с предсмертного шепота раненых: “Семленский Федор…”
В последние годы жизни Землянский очень внимательно относился к истокам своего бытия, ко всем сторонам жизни Клинцов и района, разумеется, особо выделяя культурную жизнь. Развал промышленности и сельского хозяйства, рост преступности, падение нравов земляков, о чем он узнавал в основном из Труда, вызывали у него горькое сожаление. Вместе с тем он продолжал считать Стародубье краем интересной исто-рической судьбы, с огромным интересом впитывал все краеведческие материалы, собирался дописать главу о староверах к своей уже завершен-ной, но не изданной поэме об исторических судьбах нашего народа — “Светорусье”. Необыкновенная история Клинцов (он называл их маленьким Парижем” и любил повторять поговорку “Клинцы-городок— Москвы уголок”, записанную Г. Метельским) должна была составить основу этой главы.

С большим волнением прочел он поэму Ивана Посканного “Сказание о Василии Клинцове”. Анатолий Федорович хорошо понимал, что автор по-жертвовал подлинностью некоторых существенных исторических фактов ради своего поэтического замысла, но находил ее в целом удачной и радовался тому, что родной город отображен в его любимом жанре поэмы. Он написал положительный отзыв о книжке И. Посканного и, хотя очень экономил свои передвижения по Москве, лично отвез его в одну из столичных газет.

Анатолия Федоровича очень интересовало творчество других литераторов Клинцовского края — Михаила Атаманенко, Юрия Белаша, Ивана Бороздны, Анатолия Дрожжина, Павла Кулешова, Александра Мехедова, Иеронима Ясинского, Владимира Селезнева. За несколько дней до смерти он подробно расспрашивал меня: “Вы побывали в Клинцах, беседовали с Владимиром Ивановичем. Что нового он написал? Удается ли ему поэма? Вы не заметили, нет ли опасения, что он переключится на прозу?” А вот отношение Михаила Черного к историческим фактам, к заимствованию чужих материалов в книге “Клинцы и клинчане” вызвало у него горестную реплику: “Легко идет Михаил Павлович…”

Землянский ценил свое знакомство с Яковом Афанасьевичем Ковалевым и очень тепло отзывался о его подвижническом труде на благо клин-цовского краеведения. Не менее высоко он оценивал роль газеты “Труд” в развитии краеведения, литературы и вообще культуры края. Он выделял такие ее постоянные рубрики, как “Родина моя, Россия” и “Литературная гостиная”, успел заметить новое имя в краеведении — Ромуальд Перекрестов. С искренней радостью узнал он об успехе газеты на конкурсе Лучшая региональная газета России”.

Анатолия Федоровича очень занимала идея провести встречу творческой интеллигенции Клинцов и района вне зависимости от мест их проживания сегодня — “Росинки России”. Хотя он предполагал, что состояние здоровья не позволит ему приехать в Клинцы, готов был сделать все от него зависящее, чтобы такой фестиваль искусств состоялся весной 1996 года. И очень сожалел, что на него уже не приедут Анатолий Дрожжин и Евгений Беляев, с которым он был знаком.
…16 мая “скорая” отвезла Землянского с приступом стенокардии в госпиталь. Врачи довольно быстро сняли боли, и Анатолий Федорович попросил из дома блокнот и ручку. Утром 21 мая больных пригласили на какую-то пустяковую процедуру. Сосед по палате предложил идти на нее вместе, но Анатолий Федорович, которому, видимо, пришла удачная рифма, задержался у стола с блокнотом. Вернувшись через несколько минут, сосед нашел его сидящим, но мертвым…

Анатолий Землянский умер как поэт, как солдат, крепко сжимая блокнот и карандаш. Он ушел, оставив нам свои честные, мужественные книги, любовь к родному краю и мечту о единстве всех творческих капелек, из которых слагается великая река Искусства.

Б. ПЕТРОВ,
Действительный
член Географического
общества Российской
Академии наук,
почетный гражданин
города Клинцы.

Памяти Анатолия Землянского

Всем сердцем поддерживаю предложение об увековечивании памяти нашего выдающегося земляка, талантливого поэта, прозаика, заслуженного патриота Анатолия Федоровича Землянского!

Анатолий Федорович горячо любил Брянщину, наш край, Клинцовскую землю, заботился о расцвете нашей культуры, поэзии. Живя в Москве и занимая высокий, ответственный пост редактора Воениздата, он постоянно держал непрерывную связь с Брянщиной и Клинцовщиной. Заботливую поддержку его ощутили такие широко известные на Брянщине поэты, как Илья Швец, Михаил Атаманенко. Поддержал он дружески и меня. После выхода моей книги “Сказание о Василии Клинцове. Росинки” Анатолий Федорович прислал мне очень теплое письмо, в котором писал:
“Уважаемый Иван Митрофанович!

Спасибо вам за “сердца вашего частицу” — я. с ощущением именно сердечности чувства и слова закончил чтение вашей книги. И в “Сказании”, и в “Росинках” вы прекрасно влюблены в отче-зем-ное свое (скажу также и — наше), и в этом — еще одна сторона цельности сборника, его поэтичности. Особо хочу сказать, что у вас, на мой взгляд, очень “поручился” Василий Клинцов. Вершина удачи здесь — переход от ненависти к любви в “восприятии” царя Петра. И в целом это человек из тех, кем нельзя не гордиться. Хорошо (а для Клинцовской земли тем более), что вы написали его.
Сердечно поздравляю с выходом книги…

От души желаю вам здоровья. Понимаю вашу душевную неудовлетворенность что так много написанного еще не издано. Тем более понимаю вас, что и у меня самого те же проблемы. “В столе” (и на столе) — рукописи стихов, прозы, другое кое-что — и все вне движения “в свет”. Что делать? Не работать писатель не может. Ситуация же в стране вон какая! Ни дать, ни взять. Остается… продолжать работать! Пусть даже надеясь всего лишь на миф, что “рукописи не горят”.

Еще раз — здоровья вам! И, что бы там ни было, — творческого настроения!
Жму вашу руку.

С искренностью Ан. Землянский.
4.3.95 г.”

А незадолго до ухода из жизни Анатолий Федорович написал для “Литературной России” короткую, но весьма содержательную, очень теплую рецензию “А дух крепнет” о моем творчестве и, в частности, о книге “Сказание о Василии Клинцове. Росинки”.
Не мог не откликнуться на преждевременный и очень горький для меня и всех нас уход его из жизни таким стихотворением:

Когда фашизм грозил
России,
Встал на защиту сын
крестьянский,
Отдав ей молодость и
силы, —
Мечтатель-юноша
Землянский.
А расцвела земля
родная —
Находит радужные
краски
Для красоты родного
края
Редактор и поэт
Землянский.
Ключ родника —
его творенья.
В них — свежесть,
жар
и нежность ласки.
Поить им будет
поколенья
Земли Клинцовской сын
Землянский!

Иван ПОСКАННЫЙ.
с. Великая Топаль.